Журнал провинциального архитектора (m_arch) wrote,
Журнал провинциального архитектора
m_arch

Пришествие русского джихада



28 июня 2016 года три смертника вошли в здание аэропорта Стамбула. Они убили 45 и ранили 229 человек. Несмотря на то, что только один из них прибыл из России, (двое других — узбек и киргиз) почти наверняка последние сказанные ими слова были произнесены на русском. 5-7 тысяч русскоязычных джихадистов Исламского Государства делают русский язык вторым пп популярности после арабского на территории халифата.

То, что русский оказался лингва франка джихадистов с бывших советских территорий — большой сюрприз. Многие, возможно, большинство, молодых гастарбайтеров из Таджикистана, Узбекистана и Киргизии или вовсе не знают русского, или знают его очень плохо. То, что русские так широко распространился — индикация взрывной интернационализации и стремительно расширяющихся рекрутинговых паттернов того, что можно назвать Русским Джихадом, базирующимся в России и в бывшей советской Средней Азии.

По самым скромным оценкам, в ISIS воюет 2400 граждан России — и только граждан Саудовской Аравии и Туниса больше в рядах халифата. Это намного больше четырех основных европейских поставщиков солдат ISIS – Франции, Британии, Германии и Бельгии. В Дарайя, Сирия, нашли графитти на русском языке: «Мы будем молиться в твоем дворце, Путин!Татары и чеченцы, вставайте!». В Ракке работает «русский» Универмаг и «русские» детсады.

В России живет около 20 миллионов мусульман (14% от населения) — Россия крупнейшая мусульманская страна Европы, после Турции — и по абсолютным цифрам, и по доле населения. В 2002 году цифры были 14.5 миллиона и 10% соответственно. 40-процентный прирост с 2002 произошел, главным образом, благодаря миграции рабочих из Средней Азии и Азербайджана: в России сегодня 6.5 миллионов мигрантов, по сравнению с 360 тысячами в 2002. В Москве — от 1.5 до 2 миллионов мигрантов, и это превращает ее в крупнейший мусульманский город Европы после Стамбула.

Без видов на жительство, разрешений на работу, подвергающиеся шантажу и расистским нападениям, многие из этих гастарбайтеров обращаются к вере, как к единственному способу сохранения собственной чести. Таджик, киргиз или узбек, на родине не знавшие, в какой стороне находится мечеть, превращаются в практикующих мусульман в Москве — и многие из них попадают под влияние радикалов. На всю Москву есть только четыре мечети , и потому правоверные собираются на частных квартирах, где радикальные проповедники чувствуют себя куда более вольно и не боятся сказать то, что они не сказали бы в общественном месте.

Результат: от 300 до 500 вербовщиков ISIS работают только в Москве, и российская столица превратилась в главный центр и базу переброски боевиков из России и бывшего Советского Союза в Сирию. От 80 до 90% боевиков ISIS из Узбекистана, Таджикистана и Киргизии радикализовались и были завербованы в России, где они были иностранными рабочими. Согласно российским источникам, все 300 этнических узбеков, воюющих за ISIS, были завербованыы период работы в России — также, как 80% таджиков и их лидер, Нусрат Назаров. Российская Миграционная Служба составила список граждан Таджикистана, которым запрещен въезд в Федерацию. В списке – 333 391 человек. По данным Совета Национальной Безопасности Таджикистана, 700 граждан страны уехали в Сирию и 300 были убиты там. Назаров утверждает, что в ISIS воюет 2 тысячи таджиков.

Драконовские анти-мигрантские меры могут помочь, в краткосрочной перспективе — но они бесполезны против более опасного тренда — распространения воинствующего исламизма с северокавказской периферии (Чечни, Дагестан, Ингушетии и Кабардино-Балкарии) на другие части страны, в особенности – в юго-восточную часть между Камой и Уралом. В России действую тысячи салафитских групп, и исламизм распространился практически на все части России, включая Сибирь и Дальний Восток. Предположительно, в России насчитывается 700 тысяч салафитов. Далеко не все они — боевики или экстремисты, но от 200 тысяч до полумиллиона симпатизируют Исламскому Государству.

Если оставить в стороне протесты российских властей и официального духовенства, Россию, как и Европу, не обошел стороной глобальный тренд — радикализации молодых мусульман и превращения исламизма в мэйнстрим. Как и в Западной Европе, молодые экстремисты России росли при полном отсутствии контакта, или с минимальным контактом с исламом.

Также как и в остальной пост-христианской Европе, духовный вакуум заполняется сектами, ряды российских мусульман растут за счет принимающих ислам людей, у которых нет никакой предыдущей связи с мусульманской религией, главным образом, этнических русских. Их количество оценивается в 5-7 тысяч человек.

Этнический русский Павел Косолопаов был организатором взрыва смертников в московсском метро (41 убитый) и в экспрессе Москва — Санкт-Петербург (360 раненых). Еще один принявший веру, Павел Дорохов, был лидером Уйгуро-Болгарского Джамаата в Башкирии. Дмитрий Соколов надел пояс шахида на свою жену Надю Азиялову, взорвавшуюся в автобусе в Волгограде — погибли семь и были ранены 36 человек. Когда через два месяца 16 человек были убиты и 41 ранены в волгоградских троллейбусах, первым подозреваемым был русский Павел Печенкин ( Ар-Руси).

На пропагандистом видео ISIS Анатолий Печенкин (Джихади Толик) обезглавливает другого этнического русского. У России нет иммунитета и еще от одного европейского тренда — радикализации в тюрьмах. Несколько человек, участвоваших в атаках в Париже и Брюсселе радиколизавлось в тюрьмах — и то же самое происходит в России. Россия может похвастаться самым большим тюремным населением в Европе – более 650 тысяч человек. В тюрьмах и исправительных колониях — более тысячи мусульманских общин. Потенциальным ваххабитам обещают «помощь братьев на воле» – квартиру в аренду, работу, деньги в долг. Российские эксперты отмечают: «По фактам участия российских граждан в ИГ возбуждено 477 уголовных дел). Однако те сроки заключения, на которые осуждают вернувшихся (обычно – порядка 3-5 лет по 208 статье УК РФ – «Организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем»), вряд ли могут их остановить. Напротив, учитывая, что пенитенциарная система в нашей стране стала своего рода «фабрикой исламизма», умеренные сроки заключения при стандартных условиях содержания могут быть удачной возможностью для продолжения борьбы в новых условиях (для создания и распространения радикальных «тюремных джамаатов». Недавнее восстание мусульман в одной из тюрем Хакассии демонстрирует, что речь идет не только об алармизме и навязчивых идеях экспертов.

The Coming of the Russian Jihad: Part I
Leon Aron
September 23, 2016


Tags: ИГИЛ
Subscribe

Posts from This Journal “ИГИЛ” Tag

promo m_arch july 12, 2013 09:00 43
Buy for 10 tokens
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 38 comments